Прошло два дня, как он расстался со Сти-
  вом, Рокки и Логаном. Они раскинули палатки около...
   (название не приходило, оно было в "мертвой зоне")
   какой-то ручей, ловля форели, сам виноват: не надо было так напива-
  ться.
  
   Он видел свой рюкзак, прислоненный к стволу старого, покрытого мхом
  упавшего дерева, белые омертвевшие сучья, подобно костям, проглядывали
  тут и там сквозь зелень, да, он видел свой рюкзак, но не мог до него до-
  тянуться, потому что отошел в сторону помочиться и угодил в самую топь,
  его сапоги почти до верха погружались в грязную жижу, он попытался вер-
  нуться назад и найти местечко посуше, чтобы сделать свое дело, но не
  мог. Он не мог выбраться, потому что это была не грязь. Это было...
  что-то другое.
   Он стоял, оглядываясь кругом в тщетной надежде ухватиться за что-ни-
  будь, чуть ли не смеясь над своим идиотским положением: отлил водичку,
  нечего сказать.
   Он стоял, поначалу уверенный, что это всего-навсего мелкий заболочен-
  ный участок, в худшем случае зачерпнет в сапоги - и ладно, зато будет
  что порассказать, когда его разыщут.
   Он стоял, еще не поддаваясь панике, пока жижа не начала неумолимо
  подниматься выше колен. Тогда он принялся барахтаться, позабыв, что если
  уж угодил по дурости в болотную топь, то лучше не шевелись. Не успел он
  оглянуться, как погрузился до пояса, теперь жижа была уже по грудь, за-
  тягивала его словно большими коричневыми губами, затрудняла