ше колен, хотя у боль-
  шинства девчонок они едва прикрывали трусики (а ноги у меня все равно
  лучше, со злорадством думала Сара). Она рассаживала учеников в алфавит-
  ном порядке, что, по закону средних чисел, должно было вроде удерживать
  шалунов на расстоянии друг от друга, и решительно отсылала провинившихся
  к заместителю директора, руководствуясь при этом соображением, что тот -
  в отличие от нее - получает дополнительные пятьсот долларов в год за вы-
  полняемую им роль экзекутора. И все равно школа была для нее постоянной
  борьбой с дьяволом, преследующим всякого начинающего учителя, - с Беспо-
  рядком. Особенно раздражало Сару постоянное присутствие своего рода нег-
  ласного суда присяжных - общественного мнения учеников, - который оцени-
  вал каждого нового учителя, и вынесенный вердикт был не в ее пользу.
   Джонни, по крайней мере внешне, вовсе не соответствовал представлению
  о том, каким должен быть хороший учитель. Он слонялся из класса в класс,
  витая в каких-то сладких грезах, и частенько опаздывал на урок, забол-
  тавшись с кем-нибудь на переменке. Он разрешал детям сидеть там, где им
  захочется, и они каждый день меняли места, причем классные драчуны неиз-
  бежно оказывались в задних рядах. При таком условии Сара не смогла бы
  запомнить их имен до марта, а Джонни уже знал всех учеников как свои
  пять пальцев.
   Он был высокого роста и немного сутулился, за что дети прозвали его
  Франкенштейном. Правда, Джонни был