рнуло
  всю, начиная от пяток. Желудок судорожно сжимался, точно нервные пальцы.
   - О, боже, - сказала она ослабевшим голосом и, чтобы не упасть, креп-
  че ухватилась за столб. Где-то позади ее звал Джонни, но сейчас она не
  могла отвечать, да и не имела желания. Желудок понемногу успокаивался, и
  в эту минуту ей хотелось одного: стоять в темноте и радоваться тому, что
  еще дышит, что пережила этот вечер.
   - Сара? Сара!
   Она дважды сплюнула, чтобы очистить рот.
   - Я здесь, Джонни.
   Он вышел из-за карусели, где застыли в прыжке гипсовые лошадки. Она
  заметила, что он рассеянно сжимает в руке толстую пачку купюр.
   - Пришла в себя?
   - Нет, но уже лучше. Меня стошнило.
   - О, господи. Поедем домой. - Он нежно взял ее за руку.
   - Получил свои деньги...
   Он глянул на пачку денег и рассеянно сунул их в карман брюк.
   - Да. То ли часть, то ли все, не знаю. Считал этот здоровяк.
   Сара вытащила из сумочки платок и вытерла губы. Глоток бы воды, поду-
  мала она. Душу продала бы за глоток воды.
   - Будь осторожен, - сказала она. - Это же куча денег.
   - Шальные деньги приносят несчастье, - сказал он мрачно. - Одна из
  поговорок моей матушки. У нее их миллион. И она терпеть не может азарт-
  ные игры.
   - Баптистка до мозга костей, - сказала Сара и судорожно передерну-
  лась.
   - Ты что? - обеспокоено спросил он.
   - Знобит, - сказала она. - Когда мы сядем в машину, включи подогрев
  на полную катушку и... О боже,