продал им парень по имени Линдон Джонсон. Тогда они, знаете, пришли к
  другому парню и говорят: "Ради всего святого, мистер, нам чертовски
  скверно". А этот другой парень, Никсон, и отвечает: "Я знаю, как вам по-
  мочь. Съешьте еще несколько сосисок". Вот что произошло с американской
  молодежью.
   - Не знаю, - ответил Джонни.
   - Всю жизнь строишь планы, делаешь как лучше, - сказал таксист, и в
  голосе его на сей раз ощущалось какое-то замешательство, оно продлится
  не очень долго, ибо ему осталось жить какую-нибудь минуту. А Джонни, не
  зная этого, испытывал к нему жалость, сочувствовал его непонятливости.
   ОБНИМИ МЕНЯ, МИЛЫЙ, ПОКРЕПЧЕ... НУ ДАВАЙ НЕ ВАЛЯЙ ДУРАКА.
   - И всегда ведь хочешь самого хорошего, а парень приходит домой с во-
  лосами до задницы и заявляет, что президент Соединенных Штатов свинья!
  Свинья! Ну не дрянь, я...
   - БЕРЕГИСЬ! - закричал Джонни.
   Таксист повернулся к нему лицом - это было пухлое лицо члена Амери-
  канского легиона, серьезное, сердитое и несчастное в отблесках приборной
  доски и внезапном свете приближающихся фар. Он быстро глянул вперед, но
  было уже поздно.
   - ИИИИСУСЕ!
   Впереди были две машины по обе стороны белой разделительной линии.
  "Мустанг" и "додж чарджер" перевалили через гребень холма. Джонни даже
  слышал завывание форсируемых двигателей. "Чарджер" надвигался прямо на
  них. Он даже не пытался свернуть, и таксист застыл за рулем.
   - ИИИИИИИ...
   Джонни едва