черт возьми, дальше. Неужели так трудно мысленно уви-
  деть стол для пикника, в своей жизни ты их видел тысячу раз; вообрази же
  его. Пластмассовые ложки и вилки, бумажные тарелки, отец держит в руке
  длинную вилку, он в поварском колпаке, на нем фартук, на котором наис-
  кось написано: ПОВАР ХОЧЕТ ВЫПИТЬ; буквы прыгают, словно живые. Отец жа-
  рит котлеты, потом они сядут за... Наконец-то!
   Джонни улыбнулся, но улыбка тут же увяла. Теперь перед ним был гамак.
   - Черт!
   - Никак не увидите стол для пикника?
   - Дичь какая-то. Я, кажется... не могу вообразить его. То есть я
  знаю, что это такое, но я не могу себе его представить. Разве не дико?
   - Успокойтесь. Попробуйте вот это: глобус, стоящий на капоте пикапа.
  Это было просто.
   В девятнадцатый раз - гребная лодка у столба с дорожным указателем
  (кто изобретает эту несуразицу? - подумал Джонни) - опять не получилось.
  Он был в отчаянии. Он представил себе большой мяч, лежащий рядом с мо-
  гильной плитой. Он напрягся и увидел дорожную развязку. Вейзак успокоил
  его, и через несколько секунд датчики с головы и век были сняты.
   - Почему я не смог вообразить эти предметы? - спросил Джонни, перево-
  дя взгляд с Вейзака на Брауна. - В чем дело?
   - Трудно сказать определенно, - ответил Браун. - Вероятно, местная
  амнезия. А может, в результате аварии поврежден какойто маленький учас-
  ток мозга - в сущности, микроскопический. Мы, правда, не знаем, в чем
  дело, но,