ельно исследовать левую половину лица, ощупывая ее кон-
  чиками пальцев правой руки, как мужчина из телерекламной заставки,
  изумленный тем, как гладко он выбрился; обнаружил три совсем нечувс-
  твительные точки - одну под левым глазом, одну на левой щеке и одну
  как раз под левым виском. Страх, подобно утреннему туману, медленно
  расползался по его телу, страх не столько за себя, сколько за Чарли:
  что случится, если она останется одна...
   Она возникла в зеркале, словно по его зову.
   - Папочка? - Голос звучал немного испуганно. - Как ты?
   - В порядке, - спокойно сказал он. Без волнения, но и не очень уве-
  ренно. - Вот думаю, не надо ли мне побриться.
   Она прикрыла рот рукой,хихикнула:
   - Колючий, как посудный ерш. У-ух. Колючка.
   Он загнал ее в спальню и потерся колючей щекой об ее гладкую
  щечку. Чарли хихикала и отталкивала его.
  
   * * *
  
   Пока Энди щекотал дочку отросшей щетиной, Орвид Джеймисон, он же
  О'Джей, он же Живчик, вместе с другим агентом Конторы Брюсом Куком вы-
  лезал из светло-голубого "шевроле" около закусочной "Гастингс дайнер".
   Джей остановился на минутку окинуть взглядом Мэйн-стрит с ее поло-
  гой площадкой для парковки машин, магазином электротоваров, двумя бен-
  зоколонками, аптекой, деревянным зданием муниципалитета с прибитой на
  нем памятной доской в знак какогото исторического события, на которое
  все плевать хотели. Мэйнстрит