ливаться.
   Найдя в связке ключ от дома, он отпер дверь. Вошел и закрыл ее за
  собой. В гостиной стоял какой-то болезненный, желтый полумрак. Было
  жарко. И очень тихо. О, боже, как тихо.
   - Вики?
   Никакого ответа. Значит, ее здесь не было. Надела свои туфли"шле-
  панцы", как она их называла, и ушла за покупками или в гости. Однако
  она не сделала ни того, ни другого. Он в этом не сомневался. А его ру-
  ка, его правая рука... Почему так пульсируют пальцы?
   - Вики?
   Он прошел на кухню. Там стоял столик с пластмассовым верхом и три
  стула. Обычно они с Вики и Чарли завтракали на кухне. Один стул лежал
  на боку, как мертвая собака. Солонка опрокинута, соль рассыпана по по-
  верхности стола. Не сознавая, что делает, Энди ухватил щепотку большим
  и указательным пальцами левой руки, бросил через левое плечо, бормоча
  под нос, как это делали когда-то отец и дед: "Соль, соль, беда и боль,
  ступай прочь, голову не морочь".
   На электроплите стояла кастрюля с супом. Она была холодная. Пустая
  банка из-под супа стояла на стойке. Обед для нее одной. Но где же она?
   - Вики! - крикнул он с лестницы. Внизу темно. Там бельевая и комна-
  та отдыха - они занимали весь подвал дома.
   Никакого ответа.
   Он снова оглядел кухню. Чисто, убрано. Два рисунка Чарли, сделанные
  в Воскресной библейской школе, куда она ходила в июле, держатся на хо-
  лодильнике маленькими магнитными присосками и виде овощей. Счета за
  электричество