а,
  ибо есть тайны, слишком взрывоопасные даже для грифа "совершенно сек-
  ретно". Всего неделю назад Хокстеттер, у которого все больше захваты-
  вало дух от панорамы, возникшей перед ним и его учеными коллегами, на-
  мекнул об том вскользь.
   - Фактор-зет... - сказал он Кэпу. - Вы не задумывались над тем, как
  все может повернуться, если выяснится, что девочка небесплодна?
   Кэп задумывался, хотя и не сказал об этом Хокстеттеру. Тут возникал
  интересный, чреватый любыми неожиданностями вопрос, связанный с евге-
  никой... с евгеникой, а попутно с нацизмом и теорией высших рас - ко-
  роче, с тем, против чего американцы воевали во вторую мировую войну.
  Но одно дело пробурить философскую скважину, из которой фонтанирует
  всякая муть ("вы хотите узурпировать божественную власть!"), и другое
  - представить лабораторные доказательства, что потомство участников
  эксперимента "лот шесть" может стать живыми факелами, левитаторами,
  телепатами и еще бог знает кем. Чего стоят идеалы, когда появляются
  вполне земные контрдоводы! Допустим, таковые нашлись, что тогда? Фермы
  по разведению новых видов? На первый взгляд - безумие, но Кэп не счи-
  тал это столь уж невероятным. Тут ключ ко всему. И к всеобщему миру и
  к мировому господству - а в чем, собственно, разница, если убрать кри-
  вые зеркала риторики и высоких слов?
   Тут тебе червей не на одну рыбалку. Перспектива на десятки лет. Кэп
  понимал - в его распоряжении не более