ыглянул лопнувший шов на ботинке. Этот человек, если на-
  до, будет ждать вечность. Кэп лихорадочно соображал.
   - Работали в режиме с разделением времени... ну, допустим. Но
  влезть в память...
   - Поговорите с доктором Нофтцигером. - Рэйнберд был сама предупре-
  дительность. - Спросите у него, сколько существует способов потоптать-
  ся в памяти, если у тебя есть к машине доступ. Два года назад двенад-
  цатилетний пострел, неплохо, видимо, соображавший, влез в память ЭВМ
  вычислительного центра американского конгресса. Кстати, я знаю ваш
  шифр доступа, Кэп. В этом году BR0W. В прошлом был RASP. По-моему, тот
  более подходящий.
   Кэп таращился на Рэйнберда. Его мозг напоминал трехъярусный цирк.
  Первый ярус размышлял о том, что Джон Рэйнберд никогда не бывал таким
  разговорчивым. Второй ярус пытался примириться с мыслью, что этот
  маньяк посвящен во все тайны Конторы. Третий ярус раздумывал над ки-
  тайским проклятьем, на редкость невинным, пока не дашь себе труда в
  него вдуматься. Чтоб вы жили в эпоху перемен. Последние полтора года
  составили такую эпоху. Он чувствовал, еще одна перемена лишит его ос-
  татков разума.
   Вдруг он снова вспомнил Уэнлесса - и ужас придавил его. Ему почуди-
  лось, будто он превра... да, превращается в Уэнлесса. Демоны, повсюду
  демоны, а он бессилен отогнать их, даже позвать на помощь.
   - Чего вы хотите, Рэйнберд?
   - Я уже сказал, Кэп. Ничего, кроме вашего слова, что