на телефонный аппарат и вдруг передала ему приказ,
  толкнула его.
   От усилия она бормотнула что-то и закусила нижнюю губу, ей понрави-
  лось, как та скользнула под зубы. Нет, никакой боли она не почувство-
  вала. Ей нравилось вот так толкать вещи, это обстоятельство тоже пуга-
  ло ее. А что если ей всерьез понравится это опасное занятие?
   Она опять совсем слегка толкнула таксофон - из отверстия для возв-
  рата монет вдруг полился серебристый поток. Она попыталась подставить
  пакет, но не успела - большинство четвертаков, пятаков и десятиценто-
  виков высыпалось на пол. Она наклонилась и, поглядывая через стекло,
  смела сколько смогла монеток в пакет.
   Собрав мелочь, она перешла в следующую будку. В соседней все еще
  разговаривал военнослужащий. Он снова открыл дверь и курил.
   - Сал, клянусь богом, я это сделал! Спроси хоть своего брата, если
  мне не веришь! Он...
   Чарли плотно задвинула дверь, приглушив слегка ноющий звук его го-
  лоса. Ей было всего семь лет, но она чувствовала, когда лгали. Она
  взглянула на аппарат, и тот отдал свою мелочь. На сей раз девочка точ-
  но подставила пакет - монеты посыпались в него с легким мелодичным
  звоном.
   Военнослужащий уже ушел, когда Чарли выскользнула из своей будки и
  вошла в его. Сиденье все еще было теплым, и в воздухе, несмотря на
  вентилятор, противно пахло сигаретным дымом.
   Деньги прозвенели в пакет, и она двинулась дальше.