чувство раздвоенности. Ес-
  ли верить сердцу, в этой девочке таилось такое, что никому и не сни-
  лось, ну разве только этому безумцу Уэнлессу.
   Он перенес ее на кровать и уложил под одеяло. Когда он укрывал ее,
  она забормотала сквозь сон. Он не удержался и поцеловал ее.
   - Спокойной ночи, подружка.
   - Спокойной ночи, папочка, - сказала она сонным голосом. После чего
  перевернулась на другой бок и затихла.
   Он постоял над ней еще немного, а затем вышел в гостиную. Десятью
  минутами позже сюда ворвался сам Хокстеттер.
   - Генераторы отказали, - выпалил он. - Гроза. Чертовы замки, все
  заклинило. Как она тут...
   - Не орать, - прошипел Рэйнберд. Он схватил Хокстеттера своими ру-
  чищами за отвороты рабочего халата и рывком притянул к себе, нос к но-
  су. - И если вы еще хоть раз при ней узнаете меня, если вы еще хоть
  раз забудете, что я простой уборщик, я вас убью и сделаю из вас рагу
  для кошек.
   Хокстеттер издавал нечленораздельные звуки. Он давился слюной.
   - Вы меня поняли? Убью. - Рэйнберд дважды встряхнул его.
   - По-по-понял.
   - Тогда вперед, - сказал Рэйнберд и вытолкал Хокстеттера на котором
  лица не было, в коридор.
   Он в последний раз обернулся, а затем выкатил свою тележку и закрыл
  дверь; замок сработал автоматически. А Чарли спала себе безмятежно,
  как не спала уже много месяцев. А может быть, и лет.
  
   МАЛЕНЬКИЕ КОСТРЫ, БОЛЬШОЙ БРАТ
  
   Небывалая гроза прошла.