. Не то они сразу возьмут тебя в оборот. Будь
  жесткой. Понимаешь, о чем я?
   - Да... кажется.
   - Они свое получили - ты получаешь свое. Каждый раз. Ничего зада-
  ром. - Он вдруг ссутулился. Огонь потух в глазу. Всякий раз, когда он
  становился таким вот подавленным и разнесчастным, это было для нее
  тяжким зрелищем. - Не позволяй им обращаться с собой так, как обраща-
  лись со мной. Я отдал за свою страну четыре года жизни и вот этот
  глаз. Полгода я просидел в земляной яме, погибал от лихорадки, ел на-
  секомых, весь завшивел, задыхался в собственном дерьме. А когда я вер-
  нулся домой, мне сказали: "Спасибо тебе, Джон", - и вручили швабру.
  Они меня обокрали, Чарли. Поняла? Не давай им себя обокрасть.
   - Поняла, - сказала она звенящим голосом. Лицо его немного просвет-
  лело, он даже улыбнулся.
   - И когда же прозвучит сигнал к бою?
   - Завтра я должна увидеться с Хокстеттером. Скажу, что согласна...
  только чуть-чуть. И скажу ему, чего хочу я.
   - Ты поначалу-то много не запрашивай, Чарли. Это как торговая сдел-
  ка - я тебе, ты мне. Услуга за услугу, верно? Она кивнула.
   - Но ты им покажешь, у кого в руках поводья? Покажешь, кто тут
  главный?
   - Покажу.
   Он еще шире улыбнулся.
   - Так их, подружка!
  
   Хокстеттер был в ярости.
   - Что за игру вы затеяли, черт подери! - кричал он на Рэйнберда.
  Они сидели в кабинете у Кэпа. "Раскричался, - подумал Рэйнберд. - Это
  в его присутствии