еста. Хокстеттер на седьмом небе. Вчера она
  расплавила листовое железо. Четыре секунды держалось двадцать тысяч
  градусов.
   Это был шок, от которого боль усилилась, мысли стали разбегаться.
  Чарли поджигает? Как они ее заставили? Как?!
   Он уже собирался задать этот вопрос вслух, но тут загудел селектор,
  и Энди совершенно непроизвольно дал посыл ненужной силы. Чуть весь не
  выложился в одну секунду. Кэп содрогнулся, как будто его ткнули элект-
  рическим стрекалом. Из горла вырвался сдавленный звук, от красных щек
  отхлынула кровь. У Энди же чуть не лопнула голова. Полегче, уговаривал
  он себя, полегче - если тебя здесь хватит удар, ты уже ничем не помо-
  жешь Чарли.
   - Не надо так, - взвыл Кэп, - больно...
   - Скажите: никаких звонков в ближайшие десять минут, - приказал Эн-
  ди. Черепную коробку разносили удары - точно черная лошадь била копы-
  тами в дощатую дверь стойла, - так и рвалась наружу, на волю. По лицу
  тек липкий пот.
   Вновь загудел селектор. Кэп подался вперед и перевел тумблер вниз.
  В считанные минуты он состарился лет на пятнадцать.
   - Кэп, помощник сенатора Томпсона принес данные, которые вы запра-
  шивали по Большому проекту.
   - Никаких звонков в ближайшие десять минут, - сказал Кэп и выключил
  тумблер.
   Энди взмок. Остановит ли их это распоряжение? Или учуят неладное?
  Все равно ничего не поправишь. Вот такая же безнадега была у Вилли Ло-
  мена, земля горела под ногами. Господи, при