лжны убежать отсюда, - по-детски рассердился Кэп. - В
  сценарии этого нет.
   - Т е п е р ь е с т ь, - сказал Энди и подтолкнул.
   - Ааааа! - взвыл Кэп.
   - Вы меня поняли?
   - Понял, понял, только больше не надо, больно!
   - Этот Хокстеттер... он не будет возражать против моего присутствия
  на похоронах?
   - Нет. Хокстеттер по уши занят девчонкой. Остальное его не волнует.
   - Вот и хорошо. - На самом деле хорошего было мало. Все диктовалось
  отчаянием. - И последнее, капитан Холлистер. Вы забудете про этот наш
  разговор.
   - Да, я про него забуду.
   Черная лошадь вырвалась на волю. И понеслась. ВЫПУСТИТЕ И МЕНЯ,
  мелькнуло у Энди в подкорке. ВЫПУСТИТЕ И МЕНЯ. ЛОШАДЬ УЖЕ ВЫРВАЛАСЬ НА
  ВОЛЮ, И ЛЕСА ГОРЯТ. Тупая боль в мозгу накатывала волнами.
   - Все, о чем я сказал сегодня, придет вам в голову само по себе.
   - Да.
   Взгляд Энди упал на стол, где лежала пачка салфеток. Он взял одну
  салфетку и приложил к глазам. Нет, он не плакал, но от головной боли
  начали слезиться глаза, и это было кстати.
   - Я готов идти, - сказал он Кэпу.
   И "отпустил" его. Кэп снова уставился на деревья в прострации. Ма-
  ло-помалу кровь приливала к его щекам; он повернулся к Энди и увидел,
  что тот хлюпает носом и вытирает глаза салфеткой. Это даже не было те-
  атром.
   - Как себя чувствует Энди ? - спросил Кэп.
   - Немного получше. Но вы же... вы же понимаете... услышать такое...
   - Да-да, для вас это большой удар,