екромансер, а там ее наверняка ждет отец, и они зажи-
  вут вдвоем и будут таскать полные сети серебристых скользких рыбин.
   - Быстрее! - ликующе кричала она. - Давай же, Некромансер, еще
  быстрее, еще...
   И в этот миг там, где расширяющаяся воронка света выводила из леса,
  появлялся силуэт и закрывал собой световое пятно, блокировал выход. В
  первую секунду - это повторялось из сна в сон - ей казалось, что она
  видит отца, ну, конечно, это он, и от счастья ей становилось больно
  дышать... но уже в следующий миг она цепенела от ужаса.
   Она успевала лишь сообразить, что этот некто слишком высок, слишком
  широк в плечах - на кого он похож, до жути похож, даже силуэтом? - а
  Некромансер уже кричал и осаживал.
   РАЗВЕ ЛОШАДИ КРИЧАТ? Я И НЕ ЗНАЛА, ЧТО ОНИ КРИЧАТ...
   Пытается удержаться и не может, а конь встает на дыбы и... нет, он
  не кричит, он ржет, но столько в этом человеческого отчаяния, и
  где-то сзади раздается такое отчаянное ржанье, и, господи, мысленно
  восклицает она, там лошади, много лошадей, а леса горят...
   А впереди силуэт, страшный этот человек, заслонивший собою свет.
  Человек начинает приближаться, а она, она, беспомощная, лежит на зем-
  ле, и Некромансер мягко тычется мордой в ее голый живот.
   - Только лошадь мою не трогай! - кричит она надвигающейся тени, от-
  цу-призраку, который на самом деле не ее отец. - Только не трогай ло-
  шадей! Пожалуйста, не трогай лошадей!
   Но тень