шет" вылез из
  рассказа и давай прыгать в голове у мистера Мерля, как теннисный мяч,
  только мяч бы потом остановился, а этот рассказ все лез и лез ему в
  голову, совсем бы его скоро замучил. Чарли даже подумала: это папа
  специально ей говорит "мистер Мерль замучается", а сам боится, что
  мистер Мерль умрет. Поэтому он однажды попросил его задержаться и еще
  раз его подтолкнул со словами: "Вы никогда не читали этот рассказ". И
  у мистера Мерля сразу все прошло. Остается надеяться, сказал ей потом
  папа, что он никогда не увидит фильм "Охотники за оленями". Что
  имелось в виду, она так и не узнала.
   У мистера Мерля, пока папа ему не помог, вид был точно такой же,
  как сейчас у Кэпа.
   Сомнения отпали: ее отец подтолкнул этого человека. У Чарли словно
  крылья выросли. Ничего не слышать о нем, кроме самых общих слов от
  Рэйнберда, да и то изредка, не видеть его так долго, не знать, где он,
  и вдруг... странное чувство - будто он в комнате, успокаивает ее, го-
  ворит, что он здесь, рядом. Неожиданно Кэп поднялся.
   - Ну, мне пора. Мы еще увидимся, Чарли. Ни о чем не беспокойся:
   Она хотела остановить его, расспросить об отце - где он, что с ним,
  но язык прилип к гортани.
   Кэп направился к выходу, остановился.
   - Да, чуть не забыл. - Он пересек комнату, достал из нагрудного
  кармана сложенный листок бумаги и протянул его Чарли. Онемевшая, она
  взяла листок, бегло на него взглянула и спрятала