о не тревожила. Я - сосна, думал он. Видите мои
  прекрасные иглы. Он снова засмеялся.
   Вики улыбалась ему. Боже, она такая красивая. Ему хотелось сказать
  ей, какая она красивая. Ее волосы похожи на горящую медь.
   - Спасибо, - сказала она. - Какой приятный комплимент. Неужели она
  сказала это? Или ему померещилось? Собирая последние остатки сознания,
  он произнес:
   - Вики, я, кажется, слинял на дистиллированной воде. Она безмятежно
  сказала:
   - Я тоже.
   - Приятно, правда?
   - Приятно, - согласилась она сонно.
   Где-то кто-то плакал. Истерически рыдал. Звук нарастал и затихал
  какими-то необычными периодами. Он размышлял, как ему показалось, це-
  лую вечность. Энди повернул голову - посмотреть на происходящее. Все
  стало интересным, все находилось в замедленном движении. Замедло - так
  пишет всегда в своей колонке авангардистский кинокритик из их коллед-
  жа. В этом фильме, как и в других, Антониони достигает самых вырази-
  тельных эффектов, используя замедлосъемку. Какое интересное, действи-
  тельно умное слово; оно напоминает змею, выползающую из холодильника:
  замедло.
   Несколько ассистентов-выпускников замедло бежали по комнате 70 к
  одной из коек, поставленной около грифельной доски. Парень на кушетке
  вроде бы что-то делал со своими глазами. Да, он определенно что-то
  творил с глазами, его пальцы были запущены в них, и он, похоже, норо-
  вил вырвать глазные яблоки из глазниц. Оттуда замедло