е
  за полгода на землю, не принадлежавшую Конторе. Она стояла в оцепене-
  нии.
   СВОБОДНА, подумалось смутно. Я СВОБОДНА.
   Где-то вдали, нарастая, завыла сирена.
   Шагах в двадцати от опустевшего караульного помещения сидела на
  траве женщина со сломанной рукой. У нее был вид раскормленного ребен-
  ка, который не в силах самостоятельно подняться. От потрясения подг-
  лазья у нее побелели. Губы тронула синева.
   - У вас рука... - срывающимся голосом сказала Чарли. Женщина подня-
  ла на нее взгляд - и вдруг узнала. Она стала отползать, повизгивая от
  страха.
   - Не подходи ко мне! - пронзительно заверещала она. - Эти их тесты!
  Я знаю без всяких тестов! Ты ведьма! Ведьма! Чарли остановилась.
   - У вас рука, - повторила она. - Что же это? Рука. Бедненькая. Ну
  что вы? - Губы у нее задрожали. Боже, какие затравленные округлившиеся
  зрачки у этой женщины, как судорожно кривится рот! Вдруг Чарли пронзи-
  ло - вот оно, самое страшное.
   - Что же это! - закричала она. - Мне ведь правда жалко! А они...
  они убили моего папу!
   - Надо было и тебя... с ним, - задохнулась женщина. - Жалостливая?
  Вот бы сама себя и подожгла!
   Чарли сделала к ней один шаг - женщина снова отпрянула и, упав на
  поврежденную руку, вскрикнула.
   - Не подходи ко мне!
   И в этот миг вся боль, и скорбь, и гнев, переполнявшие Чарли, вне-
  запно обрели голос.
   - Я не виновата! - закричала она женщине со сломанной рукой. - Я ни
  в чем не