вата! Они сами напросились, и нечего на менять валить! И
  убивать я себя не буду! Слышите вы? Не буду!
   Женщина униженно отползала, бормоча что-то невнятное.
   Вой сирены приближался.
   Чарли почувствовала, как стихия рвется наружу на гребне ее возбуж-
  дения.
   Она с силой загнала ее поглубже, подавила.
   (и этого я делать не буду)
   Она пересекла дорогу, не обернувшись на униженно распростертую бор-
  мочущую женщину. Через дорогу начинались поля, заросшие высокой тра-
  вой, уже посеребренной октябрьским солнцем, но не растерявшей свои
  ароматы.
   (куда я иду?)
   Она пока не знала.
   Но в руки им она уже никогда не дастся.
  
   ЧАРЛИ ОДНА
  
   В общих чертах о случившемся сообщили в тот же вечер в позднем вы-
  пуске теленовостей, но подробностями американцев побаловали только на
  следующее утро. К тому времени всю собранную информацию уже можно было
  преподнести в виде того, что американцы с нетерпением ждут, называя
  это словом "новости", хотя на самом деле они жаждут услышать "интерес-
  ную историю" - непременно с завязкой, развитием и определенной развяз-
  кой.
   История, которую Америка узнала за чашкой кофе в передачах "С доб-
  рым утром, Америка" и "Утренний выпуск новостей" компании Си-би-эс,
  была следующей: террористы забросали бомбами сверхсекретный научный
  центр в Лонгмонте, штат Виргиния. Какую группировку представляли тер-
  рористы, пока выяснить не удалось,