едва ощущал
  его дуновение; прямо над ним будто протекала по воздуху невидимая ре-
  ка, лишь самые слабые и отдаленные струи которой касались его.
   Путь Энди проходил мимо Джейсон Гирни Холла, и он остановился перед
  его темным массивом. Вокруг, повинуясь невидимому потоку ветра, танце-
  вали деревья, покрытые молодой листвой. Вдоль его позвоночника пробе-
  жал холодок и, казалось, угнездился в животе, вызывая легкий озноб. Он
  поежился от холода, хотя вечер был теплым. Большая луна, напоминавшая
  серебряный доллар, плыла между грудами облаков; ветер гнал их по этой
  темной воздушной реке, будто позолоченные шлюпки. Лунный свет отражал-
  ся в окнах зданий, делая их похожими на потухшие неприятные глаза.
   Здесь что-то произошло, думал он. Нечто большее, чем нам говорили и
  во что заставляли поверить. Что же именно?
   Мысленным взором он снова видел эту тонущую, окровавленную руку -
  только на этот раз она ударяла по плакату, оставляя кровавый след в
  виде запятой... а затем плакат с треском сворачивался.
   Он подошел к зданию. Безумие. Они же не пустят в аудиторию после
  десяти часов. И...
   Я БОЮСЬ.
   Да, именно это. Чересчур много тревожащих полувоспоминаний. Слишком
  легко убедить себя: все - выдумка; Вики почти уже готова согласиться с
  этим. Подопытный, вырывающий себе глаза. Кто-то кричал, что хотел бы
  умереть, что лучше умереть, чем это, даже если для того понадобится
  отправиться в ад и гореть там вечным