оследовало. Он переложил ключ от номера на длинном зеле-
  ном пластиковом шнурке из одной ладони в другую: обе мигом вспотели.
   - Чарли?
   Ответа по-прежнему не было. Он мысленно вернулся назад, и теперь
  ему казалось, что проезжавшая машина приостановилась, пока он заполнял
  регистрационную карточку. Может, то была зеленая машина?!
   Сердце начало учащенно биться, вгоняя в череп болевые импульсы. Он
  пытался сообразить, что же ему делать, если Чарли тут нет, но думать
  не мог. Очень болела голова. Он...
   Из глубины кустарника раздался низкий звук, храп. Звук такой знако-
  мый. Он бросился туда. Галька так и вылетала из-под ботинок. Жесткие
  вечнозеленые ветви царапали ноги и задирали полы его вельветового пид-
  жака.
   Чарли лежала на боку по соседству с лужайкой перед мотелем, коленки
  чуть не у подбородка, руки - между ними. Спала глубоким сном. Энди
  постоял с закрытыми глазами какое-то мгновение и разбудил ее, как он
  надеялся, в последний раз за ночь. Такую длинную, длинную ночь.
   Ее ресницы дрогнули, и она взглянула на него.
   - Папочка? - спросила она невнятно, все еще в полусне. - Я ушла,
  как ты сказал, чтобы меня не видели.
   - Знаю, малышка, - сказал он. - Знаю, что ушла. Пойдем. Пойдем
  спать.
  
   * * *
  
   Через двадцать минут они лежали в широкой постели номера 16. Чарли
  спала, ровно дыша. Энди засыпал, лишь равномерный стук в голове не да-
  вал уснуть.