везде разгуливали празднично одетые люди, пышущие
  здоровьем.
   Джек остановился возле торговца коврами с вышитыми на них портретами
  Королевы. Глядя на них, он вспомнил о матери Хэнка Скофлера и улыбнулся.
  Хэнк был одним из одноклассников Джека и Ричарда Слоута в Лос-Анджелесе. У
  миссис Скофлер была единственная страсть в жизни - вышивание. Она бы
  сумела оценить коврики с изображением Лауры де Луизиан по достоинству -
  она, вышивавшая пейзажи Аляски и огромную репродукцию знаменитой "Тайной
  вечери", украшавшую их гостиную.
   Внезапно лицо, вышитое на ковриках, начало меняться. Теперь это была
  уже не Королева - Джек видел лицо своей матери, ее глубокие темные глаза,
  ее тонкую бледную кожу...
   Ужасно захотелось домой. В голове пульсировало: "Мама! Эй, мамочка!
  Боже, зачем я здесь? Мама!".
   Он подумал о том, чем она могла бы сейчас заниматься. Сидеть у окна?
  Курить? Смотреть на океан? Читать книгу? Включать телевизор? Гулять?
  Спать? Умирать?
   "Умерла?" - ехидно подсказал ему внутренний голос. - "Умерла, Джек?
  Уже умерла? Как ты полагаешь?.."
   Х_в_а_т_и_т_!
   Из глаз полились слезы.
   - Что-то случилось, дружок?
   Мальчик поднял заплаканное лицо и увидел старого торговца,
  доброжелательно глядящего на него. Руки моряка были большими и грубыми, но
  улыбка - открытой и сердечной, неподдельно искренней.
   - Ничего,