ехал в последний парадоксальный пассаж, но разъяснения не входили в задачи незнакомца. Он повернулся вполоборота к Ганину, и тот незамедлительно дал ему кличку Филин, любитель летучих мышей, а если кратко - просто Филин. Клички давались его собеседникам сразу во время первого же разговора или знакомства и, в зависимости от типажа персонажа, могли быть животного, растительного и даже неодушевленного происхождения - минералами, например. Если говорить конкретно о птицах, то жизнь сводила Ганина со Страусами, Утками, Воробьями, один раз повстречался даже вымерший Эму, но такого конкретного хищного Филина он лицезрел впервые. Впрочем, всегда с чем-то сталкиваешься впервые. И тогда очень важно не оплошать, не лопухнуться.
   Филин распахнул модный фиолетовый плащ и, поверх черной водолазки с неопределенным рисунком, удивленный Ганин узрел некий странный предмет, висящий на толстой золотой цепи. Такие цепи он уже успел повидать на бритоголовых бандюках, на новых русских бизнесменах, но вот отлитая из белого металла отрубленная кисть руки, сжимающая красноватый камень в форме сердца, показалась в новинку:
   (- странная штучка, но, с другой стороны, что еще должно болтаться на шее такого странного типа?)
   - Подарок отца. Амулет на счастье.
   (- суеверен ты, Филин):
   - А отец-то, жив-здоров?
   - Давно умер... Вроде бы...
   - Как это можно умереть вроде бы? .
   - Все возможно.
   Филин явно не желал развивать эту деликатную тему, о чем сообщил снова ставшим рассеянным взглядом пронзительных глаз, как тогда, когда смотрел в мутную реку. Его рука, с длинными костлявыми пальцами, словно у престарелого пианиста, ловко залезла во внутренний карман плаща. Затем попыталась что-то оттуда извлечь. Легкая слабость на мгновение подогнула колени Ганина, ибо непонятно почему подумалось:
   (- вот сейчас, сейчас вытащит острый нож и как полоснет наотмашь по горлу)
   Но вместо лезвия