!
   Хмель из мозга уже слегка испарилась и проштрафившийся солдатик готов был выполнить приказ. Какая-никакая, а власть! Набедокурил он, конечно, основательно, но вроде никого не убил. Ну год дисбата вкатят, ну три, делов-то на пять копеек, уж как-нибудь перекантуется...
   Так бы все и закончилось, скучно и неинтересно, но в соседнем переулке Витя краем глаза узрел "циркача", с мерзкой ухмылкой наблюдающего за происходящим и делающего неприличные знаки. Звериная ярость, хуже всякой водяры, помутила сознание Вити и швырнула его в направлении шутника, дабы без всякого танка, без всяких гусениц, а своими руками задавить. Это был рывок спринтера, рывок несостоявшегося рекордсмена мира...
   Витя Фролов не сразу понял, почему так больно обожгло ему спину, ноги, ягодицы. Не сразу понял, что это за смешные железные цилиндрики пронзительно засвистели возле самого уха и один за другим начали расплющиваться о броню, выбивая искры. А когда понял, было уже поздно. Взорванное десятками пуль, его молодое тело все еще цеплялось за жизнь, но как уцепишься за вытекающую кровь? Это посложнее, чем опытному альпинисту за отвесную скалу. Как за эту самую жизнь уцепишься, если даже десяти пальцев не хватит, чтобы заткнуть все дырки?! Эх, Гарвей, Гарвей...
   Удовлетворившись кровавым финалом, Раду почел за лучшее незаметно ретироваться с поля боя и вернуться на квартиру, отдышаться и поделиться впечатлениями. Да и из общих соображений требовалось переждать несколько часов, пока все уляжется. Да и план местности потерялся, а с этими перебежками и ориентировка сбилась.
   Братья азартно дулись в подкидного дурака и вяло поинтересовались, как успехи:
   - Нет успехов. Зато почти как на войне побывал. Какой-то бухой шизик на танке едва в лепешку не превратил - спасибо милиции, взяла огонь на себя.
   - Моя милиция меня бережет - вставил Нику.
   - Вот именно. На этот раз пойдем вместе, потерял я план.