Да и разобраться в этих каракулях сложно.
   Джике и Нику послушно встали:
   - Мы готовы.
   - Не сейчас. Там куча милиции и военных шныряет. Такое ЧП - похлеще всего ГКЧП будет. Надо переждать.
   Около трех ночи Раду посчитал, что суета должна улечься и оказался прав - лишь несколько полусонных военных прохаживаются в оцеплении батального места, а ни танков, ни милиции не было. О недавнем событии напоминали лишь сломанные столбы, покореженные машины и снесенный угол дома. А в остальном, тишь да гладь.
   Еще один поворот, и Джике указал на люк, чернеющий под козырьком забитого досками подъезда:
   - Вот здесь.
   - Надо же, совсем рядом находился. Да этот пьяница все испортил!
   - Пьянству - бой!
   - Да уж, бой был не слабый.
   В убежище покойного Василя стоял смрад - не продохнуть, но Раду неприятные запахи не оскорбляли и это наследственное. Еще его достопамятный отец мог спокойно обедать по соседству с полуразложившимися трупами и агонизирующими телами, не теряя аппетита. Даже наоборот - он ароматов крови и смерти легкие так сладко распирало... Чистый мед.
   Включив тускловатую лампочку и поставив братьев на стреме, Раду приступил к скрупулезному исследованию помещения. Пожалуй, действительно, ничего интересного здесь нет. Наверное, и не было. Поэтому следующую шутливую речь он произнес чисто в воспитательных целях, не особо скрывая, что уже сменил гнев на милость:
   - Вижу, вы изрядно позабавились. Ишь, все раскидали по сторонам, икебана прямо какая-то. Но никогда не надо сильно свинячить, это некрасиво. Вот пакетик, соберите туда все эти уши и губы и вручите их бывшему обладателю. И член не забудьте, небось переживает без него.
   Раду вытащил из кармана пакет, где бравый суровый ковбой курил сигареты Мальборо и вручил Нику:
   - Работай.
   - А сердце туда же?
   - Нет, его положи на тарелку - так красивше будет.
   Скоро все части тела,