буквально лежат на уровне пыльной почвы. Но даже эти крохотные оконца полуподвального помещения в душную летнюю ночь являются единственным спасением в отсутствии кондиционера, на который, конечно же, не хватает денег. Да и при чем здесь кондиционер - денег уже давно ни на что не хватает. Проклятье!
   Второй раз за два вечера Раду воспользовался нетрадиционным методом проникновения в закрытые помещения. Впрочем, в комнату, соседнюю с кабинетом Армена, он не влетел, а вошел. Приземлился на землю и степенно вошел сквозь достаточно широкую решетку. Птицы ведь ходить тоже умеют. Обстановка скромная. Дешевая обшарпанная мебель, оставленная в наследство от какой-нибудь съехавшей или разогнанной конторы, выцветшие настенные календари десятилетней давности и табличка:
  
   Уходя, гасите свет!
  
   А вот и грозный плакат андроповских времен:
  
   Бездельники, пьяницы, дебоширы - вон из нашего трудового коллектива!
  
   Новое время привнесло сюда лишь компьютер да тайваньский кнопочный телефон. Более чем скромно, но приемлемо для места, где упор делается не на внешнюю форму, а на глубинное содержание.
   Раду неслышно приоткрыл соседнюю дверь, ведущую в "творческую лаборатория". За канцелярским столом, согнувшись в три погибели, сидел тот, кто, видимо, и являлся Арменом - сидел и вдохновенно строчил. Ни тому обстоятельству, что гость объявился почти сразу после звонка:
   (- может рядом живет или из автомата на углу звонил),
   ни тому, что не пришлось открывать входную дверь:
   (- может забыл закрыть)
   Армен не удивился и, не поднимая глаз, кивнул вошедшему посетителю:
   - Это вы звонили?
   - Именно.
   - Присаживайтесь. Подождите минутку, сейчас абзац закончу. Не хочу нить терять...
   Минуты вполне хватило, чтобы осмотреть и это помещение. Единственное отличие от предыдущего составляло в двух рядах книжных полок, заваленных журналами и книгами по профилю. Были