рсонально улыбаясь. От этой кровожадной улыбки у Отмычке заледенела кровь в жилах, у Каратыша бешено запульсировали виски, а Запала пробила дрожь. Но только на мгновение. Надо действовать, и Запал свирепо, хотя и не очень уверенно, процедил сквозь зубы:
   - Короче, так - мне этот гнилой базар совершенно не нравится. Поэтому предупреждаю.
   Следом он, как заправский ковбой, выдернул пушку из-за пояса и метко выстрелил в коленку рыжего бугая - Нику, стоявшего слева в позе разгульной проститутки. Прямо в чашечку. После этого выстрела бугай должен был упасть, завопить благим матом, а его нахальные дружки броситься к нему, подхватить под руки и попытаться убежать. Запал еще не знал, позволить ли им убежать или затребовать бабки. Скорее всего, затребовать - вещица знатная висит на шее у худого, здоровенный бульник, уж не рубин ли?
   Впрочем, эффекта от выстрела не последовало. Ни от звука, ибо пистолет с глушителем, ни от результата, ибо рыжий так и остался стоять, не пошелохнувшись, будто шариком от пинг-понга в грузовик кинули.
   И это был очевидный эффект,
   ибо Запал
   изрядно подивился:
   (- вот это шуточки...)
   А потом последовал еще один эффект, очень даже неожиданный:
   Бугай хрипло засмеялся и слегка отодвинулся от стенки, перестав ее подпирать. Ответом на это движение еле слышно прозвучал новый выстрел, на этот раз прицельно в живот:
   (- вдруг у него бронированные наколенники? а на теле одна рубашка, грудь волосатая виднеется, и вообще, хватит церемониться!)
   Смех стал громче, словно в желудке бугая включили дополнительный усилитель. Очень нехороший смех, очень нехороший. Отражаясь от стен, он безумно давил на перепонки. Ну не может один человек издавать такую отвратительную какофонию, для этого требуется по крайней мере дьявольский оркестр! Воздух вокруг неожиданно сгустился, стал липким и тяжелым и раскаленной сетью повис на плечах, мешая двигаться,