ильщиков, кативших перед собой тележки, доверху наполненные ящиками с упакованной экспозицией. Сама Лилиан несла несколько свернутых листов ватмана - по всей видимости, афиши, и оживлённо болтала с Нелли. Сзади вразвалочку передвигались два здоровенных парня-охранника лютого вида, исподлобья оглядывая всех окружающих. Как говорится, контролируя ситуацию.
   Увидев своего земляка, приветливого машущего букетом, Лилиан сама расцвела, как роза:
   - О, как это мило, что вы пришли.
   - Я чувствую определенную ответственность за вас. Все ли в порядке?
   - Да, пока да.
   - Вы обдумали мое предложение по поводу Ладони?
   Лилиан уже все обдумала еще раньше и внутренне отказалась. Если если уж так приспичит продавать, надо выставлять на каком-нибудь аукционе. В мире полно помешанных на вампиризме и прочей чертовщине, которые почтут за счастье заиметь Ладонь. Но сейчас ей не хотелось огорчать любезного провожатого, который даже понравился как мужчина:
   - Пока нет. Но... не исключено.
   Чуть поодаль стояла Валерика, в тусклом свете фонаря якобы читая книгу о квартирных ворах, а на самом деле поглядывая поверх страниц за мужем, ведущем неторопливую беседу с Лилиан. Дюжие грузчики под руководством охранников затаскивали в вагон деревянные ящики. Следующим шагом, в соответствии с планом, Валерика подошла к Лилиан и, сделав извиняющееся лицо, вклинилась в разговор:
   - Прошу простить мою бесцеремонность, но я работаю режиссером на Ленинградском телевидении и мечтаю снять документальный фильм о вашей интересной выставке.
   Йон посмотрел на жену строго и сурово:
   - Дамочка, эта женщина по-русски не говорит.
   - Что она хочет? - спросила Лилиан.
   - О, вы здесь необычайно популярны. Это режиссер и ведущая какой-то информационной программы на Ленинградском канале телевидения. Мечтает снять документальный фильм о вашей необычной выставке.
   - И хочет за это денег?