- Я убью тебя, Раду. Найду и убью.
   - Думай, Йон, думай, но не в этом направлении. Никого ты не убьешь, а вот вампиреныша можешь лишиться. И я ведь все равно от тебя не отстану, буду продолжать преследовать. Так что думай. Я позвоню завтра днем и умоляю - не делай неверных движений. Ну, твой щенок заревел - пойду успокаивать.
   В трубке раздались короткие гудки. Отбой. Ночь обещала быть бессонной. Сначала Йон бесцельно переходил из комнаты в комнату, ступая прямо по одежде, разбросанной по полу, периодически задевая мебель и опрокидывая стулья. Потом успокоился:
   (- чудес не бывает, наверное, узнал, негодяй, мой адрес и подслушал разговор с женой, но как он мог подслушать? надо все проверить... далее... далее... да, конечно же, Армен, редактор газетенки, ведь брат участвовал в написании статьи о выставке - чувствуется его почерк, и сюда Армен заходил, якобы перепутав квартиры, простыми совпадениями это не объяснишь, надо будет с ним побеседовать).
  
  ДНЕВНИК НАДСАДИ
  
   Утром появилась Валерика. Она сияла, но одного взгляда на несчастное и усталое лицо Йона оказалось достаточно, чтобы понять - случилась беда!
   - Где малыш? Раду поднес палец к губам и зашептал:
   - Его похитил Раду, пока я провожал тебя на вокзал. Он все знал о нашем замысле - видимо, подслушал. Может, и сейчас подслушивает. Знает все и про Лизу. Шантажирует и требует в обмен на малыша и свое молчание весь наш Локкус, его-то он отыскать не смог:
   Тут Йон красноречиво приложил палец к губам:
   - А как у тебя? Говори тихо, а лучше пойдем в ванну и включим воду. Думаю, не напрасная предосторожность.
   Но заговорила Валерика не сразу. После таких новостей непросто прийти в себя:
   - У меня все отлично, как и планировали. Лилиан с переводчицей уснули, а охранника пришлось убить. Я вышла в Калинине, где и села на обратный поезд. Вот Ладонь. А вот еще кое-что, возможно, и поважнее.
   - Что