енно скрипели в трубке:
   - Я сдаюсь. Но какие будут гарантии?
   - Что ж, разумно. Давай обсудим.
  
  РАЗВЯЗКА
  
   Жизнь тяжела, но, к счастью, коротка.
  
   Каждые десять-пятнадцать минут Валерика нетерпеливо смотрела на Йона, ожидая от него хоть какой-то реакции, но напрасно. Наконец, она не выдержала:
   - Ну, и какой у тебя план?
   - Никакого. Я согласен на условия брата.
   - Неужели ничего нельзя придумать?
   - Ничего. Ничего хорошего. Придется смириться.
   - Смириться?
   - Да, именно. Завтра ночью мы принесем в редакцию Локкус и дадим несколько капель Лизе. Утром ее положат на солнечный свет для проверки. Если все пройдет нормально, нам вернут ребенка.
   - И что, мы отдадим весь Локкус? Йон вместо устного ответа написал на бумаге: Нет. Небольшую часть. После чего громко сказал:
   - Не хочу рисковать дочкой, а годом больше или меньше... Отдадим все.
   (- ага, так я тебе и поверил) - откомментировал эти слова Раду, слушающий разговор из редакции:
   - Нику, проверь добычу!
   Нику приоткрыл дверь в соседнюю комнату, где в свете небольшой настольной лампы на столе лежала маленькая девочка Лиза и спала, мирно посасывая соску. А может и не спала вовсе, а притворялась. Эти маленькие детки, они такие хитрющие:
   (- 0r0-r0! прямо-таки плохой детективчик вокруг меня разыгрывается. этот мерзкий дядька сначала больно прокусил шею, аж до крови пошла, потом держали в кромешной тьме... хорошо еще, что иногда кормят да пеленают. а, знакомые голоса слышатся, ну, наконец-то, пришли папочка с мамочкой меня выкупать, значит, согласны выкуп этим негодяям заплатить, значит - любят)
   Йону не терпелось подойти к дочке, взять ее на руки, но Раду остановил родительский порыв, перекрыв рукой дверной проход на уровне головы.
   - Еще успеешь. Локкус с тобой?
   - Да.
   - Весь?
   - Да.
   - Как говориться, врешь и не краснеешь. Ну да в отличии