акое-то оно невкусное стало, это молоко... то ли дело, если как принято у племен массаев в Восточной Африке - пить его вместе с кровью, или просто чистую кровь...)
   Лизе стало страшно от таких нехороших мыслей, они ведь не должны приходить в голову столь маленькой девочке, и она заплакала снова. На этот раз причину слез никто не угадал.
   Тем временем, накормив малышку, Джике немного подождал, а затем выбил фанеру, закрывавшую окно. За ней, как и обещал Раду, показалась крепкая решетка. Очень скоро первые лучи солнца пройдут ее насквозь и упадут прямо на стол с колыбелькой.
   - Ну Йон, а теперь молись, чтобы средство нормально сработало и чтобы никто из случайных прохожих не заглянул к нам на огонек. Они такие же любопытные и беспардонные, как итальяшки!
   Йон молился едва ли, но никаких непредвиденных осложнений не произошло. Солнце не причинило вреда малышке, как раз наоборот, она блаженно улыбнулась его лучам и сладко заснула. Где-то до полудня Раду периодически заглядывал в комнату на несколько секунд, надев солнцезащитные очки и обмотав голову темной тканью, но оттуда раздавалось лишь мирное посапывание. А иначе и быть не могло, какой смысл Йону разыгрывать комедию?! Поэтому, Раду благодушно расслабился и даже позволил Валерике подойти к колыбельке и поиграть с Лизой.
   Раду светился сытым довольствием - он выиграл нелегкую схватку. И это его первая настоящая победа, знаменующая начало новой жизни. Жизни ПОБЕДИТЕЛЯ. Жизни ВЛАСТЕЛИНА.
   И едва солнце зашло за горизонт, Раду обратился ко всем присутствующим с такой немногословной речью:
   - Ну вот, мы своего добились. Мы всегда своего добиваемся. Само провидение вело меня по следу Локкуса: статья в газете - Ладонь - выставка - Армен. Не бывает столько случайностей, не бывает столько совпадений! Нику, забирай графин, забирай очень аккуратно и пошли отсюда.
   Нику послушно взял заветный сосуд, до этого стоящий на полу