ем воздухе наполняли сердца трусливых пахарей совершенно невиданной энергией, энергией смерти и разрушения. Как уже не раз бывало в истории, народ восстал против своих жестоких правителей и готовился все сокрушить на своем пути. Как он верил, на пути к свободе. Штурм замка, в соответствии с несколько театральной идеей Эмиля, должен был стать первым актом прощания с девочками. Именно сейчас, в эти зябкие рассветные часы, имелось больше всего шансов на успех, ведь именно сейчас вампирический сон очень глубок и почти беспробуден.
   Возбужденная толпа, со старостой, священником и Анетой в первых рядах, медленно двигалась по грунтовой дороге в сторону дьявольского гнезда, по пути торжества мести и справедливости. Не только лошади, но и худые коровы тащили в повозках и впалых боках связки хвороста, бревна и несколько бочек со смолой и керосином. В арсенале нападающих присутствовало и с десяток ружей, и невесть откуда извлеченные допотопные мечи и арбалеты. Они скорее придавали уверенности, чем могли сослужить реальную службу, но и уверенность в таком опасном начинании - немаловажно.
   Движением процессии управлял Эмиль, разъезжая чуть поодаль на черном жеребце непокорного нрава, которого постоянно приходилось сдерживать. Вот и настал звездный час, час расплаты с теми, кто унижал, помыкал и угрожал его жизни. Ну и сокровища графа, конечно, в будущем не помешают. Знал он один тайничок, откуда даже самолично приносил золотые монетки Джелу за очередную партию пищи. До чего же самоуверенны эти вампиры, и считают себя умнейшими существами на свете! А ведь и он не дурак, чтобы взять хотя бы лишнюю монетку - им в замке делать нечего, наверняка все сто раз пересчитали. А вот слепок с ключа, а потом и дубликат со слепка он давно сделал.
   Прямо перед поворотом, за которым открывалась прямая дорога на Келед, Эмиль остановил мстителей:
   - Теперь я должен вернуться в замок и открыть вам ворота. Придется