тавшие под предводительством Луиса,
  начинала приводить вещи в порядок, перекладывать их и перетасовывать. Луис
  не потерял чек; он до сих пор лежал в нагрудном кармане, среди пяти
  десятидолларовых купюр, которые он отложил на чаевые. Когда грузовик наконец
  опустел, Луис передал чек и вручил наличные, кивнув в ответ на благодарности
  грузчиков, расписался на накладной и остался стоять на веранде, глядя, как
  большой грузовик задом выезжает с их участка. Наверное, грузчики остановятся
  в Бангоре и промочат горло, выпив несколько банок пива.
   Пара банок пива и ему не помешала бы. Он снова вспомнил о Джаде
  Крандолле.
   Луис и Речел присели у кухонного стола, он увидел синяки у жены под
  глазами.
   - Ты иди, укладывайся, - проговорил он.
   - Рекомендация врача? - спросила она, чуть улыбнувшись.
   - Конечно.
   - Хорошо, - сказала она, поднимаясь. - Меня словно избили. Да и Гадж
  может ночью проснуться. Ты идешь? Луис заколебался.
   - Пока не собираюсь. Этот старикан с противоположной стороны улицы...
   - Дороги. В этой деревне можешь называть ее дорогой. А если бы ты был
  Джадеоном Крандоллом, думаю, ты назвал бы ее дорогой.
   - Хорошо, на противоположной стороне дроги. Он приглашал меня на пиво.
  Думаю, пойду, хлебну. Я устал, но слишком возбужден, чтобы уснуть.
   Речел улыбнулась.
   - Закончишь тем, что Норма Крандолл расскажет тебе, что у нее болит и на
  каком тюфяке она спит.
   Луис засмеялся, думая, как потешно.., потешно и