ый ветер ударил в лицо, Луис
  разглядел сухую траву и еще он разглядел, что все это место больше
  напоминало холм, чем "столовую гору". А дальше снова росли деревья. Но голое
  место было таким ровным и выглядело так странно в окружении поросших лесом
  холмов Новой Англии.
   "Индейцы расчистили это место голыми руками", - неожиданно подумал Луис,
  словно кто-то подсказал ему.
   - Пойдем, - сказал Джад и отвел Луиса ярдов на двадцать пять ближе к
  деревьям. Ветер тут был сильнее, но воздух казался чище. Темные тени
  скрывались под унылым покровом деревьев - деревьев, которые были самыми
  старыми, самыми высокими елями из всех, что Луис видел раньше.
   Темные тени оказались пирамидками камней.
   - Микмаки выровняли это место, - заговорил Джад. - Никто не знает, как,
  так как нет больше тех, кто знал, зачем Мауны построили свои пирамидки. А
  Микмаки, которые пришли после них, знали, да забыли.
   - Почему? Почему они делали это?
   - Здесь земля для захоронений, - ответил Джад. - Я привел тебя сюда, чтоб
  ты смог похоронить тут кота Элли. Микмаки не обидятся, вы же знаете. Они
  хоронят своих домашних любимцев рядом с людьми.
   Слова старика заставили Луиса подумать о египтянах, которые поступали еще
  лучше; они убивали своих домашних любимцев так, чтоб души животных после
  смерти могли служить душам их хозяев. Луис вспомнил, что читал о том, что
  как-то после кончины одной царицы было убито десять тысяч домашних животных
  - в том числе