н?
   Луис подумал о Черче, спрыгнувшем со стульчака, о том, как его ляжки
  ударились о край ванны. Он вспомнил тусклые кошачьи глаза, раньше так ярко
  блестевшие.
   Наконец, он кивнул.
   - Когда я спустился вниз, моя мама стояла, вжавшись спиной в угол между
  нашим ящиком со льдом и кухонным столом. На полулежала белая занавеска,
  которую мама собиралась повесить. А в дверях кладовой стоял Спот, мой пес.
  Он был весь мокрый, с грязными лапами. Мех у него на животе тоже оказался
  грязным, скатавшимся. Пес просто стоял...не рычал, ничего такого.. - просто
  стоял.., и было совершенно ясно, это он загнал маму в угол, хотел он того
  или нет. Мама моя была в ужасе, Луис. Не знаю, как ты относился к своим
  родителям, я сужу по себе...я очень любил обоих. Понимая, что это из-за меня
  мама пришла в такой ужас, я расстроился, даже не обрадовался тому, что Спот
  стоит тут живой и невредимый. Я даже не удивился.
   - Понимаю, я почувствовал примерно то же, - сказал Луис. - Когда увидел
  Черча сегодня утром. Я лишь..., кажется, похоже на... - Он замялся на
  мгновение. "Совершенно естественно это было", - именно эти слова немедленно
  пришли ему в голову, но тут было что-то другое, больше похожее на неизбежную
  дурную весть.
   - Да, - сказал Джад. Он закурил новую сигарету. Его руки чуть тряслись. -
  И моя мама посмотрела на меня, стоящего в нижнем белье, и закричала:
  "Накорми своего пса, Джад. И пусть он убирается отсюда, до того как помнет и
  испачкает