ерь ты дал ее сыну
  выскочить на шоссе словно.., бурундучку.
   Большая часть этих слов пролетела мимо ушей Луиса. Он пытался понять:
  зачем этот маленький, глупый человечек что-то ему говорит.
   - Вы что ей сказали? - проговорил Луис. - Вы это ей сказали?
   - Надеюсь, ты сгниешь в аду! - заявил Голдмен, и все присутствующие
  повернулись на звук его голоса. Слезы потекли из налитых кровью глаз Ирвина
  Голдмена. Его лысая голова сверкала в рассеянном свете ламп дневного света.
  - Ты превратил мою удивительную дочь в домработницу.., уничтожил ее, как
  личность, увез ее черт-те куда.., и дал моему внуку сдохнуть на этой
  чертовой дороге.
   Голос мистера Голдмена превратился в истерический крик.
   - Где ты был? Жопу было не поднять, когда ребенок играл на дороге? Думал
  над своими глупыми медицинскими статьями? Чем ты там занимался?.. Дрочил?..
  Убийца!..
   Тут были все. Все собрались в Восточной Комнате. Все тут были.., и Луис с
  удивлением увидел, как метнулась вперед его рука, совершенно непроизвольно
  метнулась.., как задрался рукав костюма и высунулся манжет белой рубашки..,
  видел, как слабо сверкнула запонка. Речел подарила эти запонки ему на третью
  годовщину их свадьбы, не зная, что ее муж наденет эти запонки на похороны их
  тогда еще не родившегося сына. Кулак Луиса оказался крепко сжат. Он ударил в
  рот Голдмена. Луис почувствовал, как под кулаком расплющились, вывернулись
  наружу губы старика. На самом деле такое ощущение вызвало тошноту