тившись за ручку, он
  слил воду, потом подошел к зеркалу, хотел поглядеть на круги под глазами, но
  зеркало оказалось закрыто квадратной простыней. Двигаясь почти вслепую,
  Речел уже закрыла простынями все зеркала в доме.
   ...не будет олимпийской команды по плаванию. Луис печально представил
  себе, как возвращается назад и садится на кровать. Во рту - вкус прокисшего
  пива, и Луис поклялся себе (в первый и последний раз), что больше никогда не
  будет напиваться. Не будет Олимпийской команды, не будет колледжа, не будет
  маленькой девочки-католички, не будет Лагеря Агавама, открытки тестю..,
  ничего не будет.
   Тело его дорогого мальчика, такое крепкое и сильное, почти
  расчлененное... Кровавая награда...Луис сидел на своей кровати, оцепенев и
  сжимая руки... Дождевые капли лениво стекали по стеклу. Его горе полностью
  вернулось к нему. Грезы рассеялись. Горе пришло и заполнило его целиком.
  Луис закрыл лицо руками и зарыдал, качаясь взад-вперед на кровати, думая,
  что может так выйти, что у него больше не будет второго шанса, ничего не
  будет.
  
  Глава 41
  
   Гаджа похоронили в два часа дня. К тому времени дождь прекратился. Клочья
  облаков двигались над головой. Большая часть присутствующих на похоронах
  взяла черные зонтики, которыми снабдил всех желающих, владелец похоронного
  бюро.
   По просьбе Речел, владелец похоронного бюро, исполнявший обязанности
  отпевающего, постарался быть краток. Он всего лишь прочитал отрывок