ты объяснишь воскрешение сына своей жене? Своей
  дочери? Стиву Мастертону? Всему миру? Что случится, если Мисси Дандридж
  выйдет на дорогу и увидит Гаджа, бегающего по двору? Мы ведь еще не слышали
  ее криков, Луис, не видели ее измученное лицо, закрытое руками... А что ты
  расскажешь репортерам? Что ты скажешь операторам из "Настоящих людей",
  которые окажутся у тебя на пороге, решив снять фильм про твоего воскресшего
  сына?"
   Вот такая жуткая жизнь у тебя начнется.., или это говорит твоя трусость?
  Верит ли он на самом деле в то, что все это не так важно? Как Речел встретит
  своего сына? Только слезами радости.
   Да, Луис и впрямь был уверен, что Гадж может вернуться...ладно.., пусть
  даже не совсем такой. Не изменятся ли у них отношения к Гаджу? Но ведь
  родители любят детей, родившихся слепыми, сиамских близнецов, детей, которые
  выросли полными дебилами? Родители полагаются на собственное добросердечие и
  милосердие по отношению к детям-убийцам и грабителям.
   Верит ли он, что сможет любить Гаджа, даже если Гадж будет носить
  ползунки до восьми лет? Если даже он не осилит букварь до двенадцати лет!
  Может, он просто станет думать о своем сыне, как.., о некоем божественном
  выкидыше?
   "Но, Луис, мой бог, ты же живешь не в вакууме! Люди скажут..."
   Он отрезал эту мысль с грубой, яростной силой. Все это вещи, которые
  сейчас не так уж важны, в особенности общественное мнение.
   Луис посмотрел на могилу Гаджа и почувствовал страх, даже