ернулся так, чтобы Речел смогла пристегнуть малыша. - Элли! Элли, где
  ты?
   - Она там, - проговорила Речел и показала на бурелом. Элли ползала по
  бурелому как по школьной шведской стенке.
   - Дорогая, ты хочешь упасть оттуда! - проговорил Джад, встревожившись. -
  Ты провалишься в какую-нибудь дыру. Эти старые деревья сдвинутся, и ты
  сломаешь лодыжку.
   Элли спрыгнула.
   - 0x! - воскликнула она и побежала прямо к ним, потирая бедро. Кожа
  содрана не была, но сухая ветвь порвала ее штаны.
   - Видишь, что я имел в виду, - проговорил Джад, взъерошив ей волосы. -
  Даже люди, хорошо знающие лес, никогда не лезут через старый бурелом, если
  его можно обойти стороной. Деревья, сваленные в кучу, становятся злыми. Они
  бы укусили тебя, если б смогли.
   - В самом деле? - спросила Элли.
   - В самом деле. Они навалены тут, словно солома. И если ты попытаешься
  полезть дальше, они могут обрушиться на тебя. Элли посмотрела на Луиса.
   - Это правда, папочка?
   - Думаю так, дорогуша.
   - Ух! - Елена посмотрела назад, на бурелом и воскликнула. - Вы порвали
  мои штаны! Вы - дерьмовые деревья!
   Все трое прыснули со смеха. Бурелом не ответил. Он стоял, белея на
  солнце, как стоял десятилетия. Луису он напоминал скелет - останки какого-то
  давным-давно умершего чудовища, нечто убитое славным, добрым языческим
  рыцарем. Кости дракона, лежащие тут огромным надгробным памятником.
   Луису уже тогда показалось, что есть что-то в этом буреломе. Он