дно, доставай его оттуда... Давай, не цепляйся".
   Несколько мгновений Луис стоял в замешательстве, держав руках сверток с
  останками собственного сына. Потом он услышал звук приближающейся машины и
  поставил сверток на пол салона автомобиля, облокотив его о сиденье рядом с
  креслом водителя.
   Заперев дверцу, Луис побежал вокруг "Цивика" и захлопнул багажник.
  Приближающаяся машина уже проехала перекресток. Луис слышал пьяные голоса.
  Нырнув на место водителя, он спрятался за рулем и, когда свет фар коснулся
  его, Луис вздрогнул от ужаса. Что, если Гадж сидит вниз головой. Может, его
  мертвые глаза все видят сквозь брезент?
   "Невозможно, - взорвался Луис мысленно в диком, опустошающем всплеске. -
  О чем ты думаешь? Это не существенно! Но это так. Это же Гадж, а не узел с
  тряпьем!"
   Потянувшись, Луис начал осторожно прижимать брезент, ощупывая контуры
  начинки. Он выглядел словно слепой, пытающийся определить, что перед ним.
  Наконец, он нащупал выпуклость, которая не могла быть ничем иным, кроме как
  носом Гаджа.., направленным в нужную сторону.
   Луис не сразу смог заставить себя завести "Цивик" и отправиться назад в
  двадцати пятиминутное путешествие обратно в Ладлоу.
  
  Глава 52
  
   В час ночи у Джада Крандолла зазвонил телефон. Он пронзительно зазвенел в
  пустом доме и разбудил Джада. Старик дремал и видел сон, а во сне ему было
  двадцать три и он сидел под навесом с Джорджем Чапином и Рене Мичаудом - все
  трое склонились над бутылочкой виски.