.., в порядке настолько, насколько позволяют обстоятельства...
   Весна опустошила лазарет, словно по волшебству, и Саррендра предложил
  Стиву прогуляться. Саррендра мог обойтись и без него. Так что Стив вскочил
  на свою "Хонду", которую он вывел из гаража всего неделю назад, и поехал в
  Ладлоу. Может быть, он гнал мотоцикл быстрее, чем необходимо, но он
  беспокоился. Что-то мучило его. И вместе с беспокойством пришло абсурдное
  ощущение, что уже слишком поздно. Глупо, конечно, но в недрах желудка
  появилось то же ощущение, что он испытал, когда неожиданно в лазарет внесли
  Паскова - ощущение чего-то зловещего, что случится непременно. Стив не был
  религиозным человеком (в колледже Стив был членом Атеистического клуба целых
  два семестра и вышел из него, когда ему посоветовал это сделать куратор -
  тогда многие бросали кружок, потому что это могло потом помешать поступлению
  на медицинский факультет), но считал, что небольшая степень религиозности
  необходима человеку. Смерть Паскова, казалось, задала тон всему году.
  Нехороший получился годик, и все об этом знали. Двое родственничков
  Саррендры попали в тюрьму по каким-то политическим обвинениям. Саррендра
  потом сказал, что один из них умер в тюрьме. Саррендра тогда плакал, и его
  слезы - слезы индейца испугали Стива. И мать миссис Чарлтон совсем
  расхворалась. Стойкая медсестра не теряла оптимизма, считая, что у ее матери
  еще есть шансы выкарабкаться. Стив сам присутствовал