должна тревожиться. Может,
  Речел не ошиблась и посещение кладбища домашних любимцев и впрямь повлияло
  на нее.
   Речел накормила Гаджа; обычно она давала ему яйцо на завтрак, осторожно
  бросая на Луиса одобрительные взгляды, и Луис почувствовал, как у него
  камень упал с души. Взгляд сказал ему: холод ушел, топор войны зарыт. Зарыт
  навсегда, надеялся Луис.
   Позже, после того как большой желтый школьный автобус проглотил Элли,
  Речел подошла к мужу, обвила руками его шею и нежно поцеловала в губы.
   - Ты большой молодец, раз так решил, - сказала она. - Извини, что я такая
  сука.
   Луис вернул ей поцелуй, почувствовав себя немного неудобно. Он помнил,
  что заявление: "Извини, что я такая сука" (выражение, не очень часто
  употребляемое Речел) он слышал и раньше не один и не два раза. Обычно Речел
  делала такое заявление после того, как со скандалом получала то, чего
  добивалась.
   Гадж тем временем безуспешно пытался открыть входную дверь, глядя через
  нижнюю часть стекла на пустынную дорогу.
   - Авто, - проговорил он, трогательно подтягивая свои сползающие ползунки.
  - Элли-авто.
   - Он растет так быстро, - заметил Луис. Речел кивнула.
   - Вот и замечательно.
   - Он скоро вырастет из ползунков, - сказал Луис. - Тогда его развитие
  несколько замедлится.
   Речел рассмеялась. Между ними снова восстановился мир. Задержавшись,
  Речел поправила Луису галстук, а потом с ног до головы критически осмотрела
  его.
   - Я прошел осмотр,