рнул свой стул, словно собирался исследовать его. Крик, пронзительный
  и резкий, как звон разбитого стекла, донесся вслед за воплями Мастертона.
  Последовала звонкая пощечина, после чего раздался голос Чарлтон:
   - Прекратите орать или убирайтесь к черту! Немедленно прекратите!
   Луис ворвался в приемный покой, и первое, что он увидел, - кровь. Там
  было много крови. Одна из практиканток всхлипывала. Другая, бледная, как
  полотно, прижимала руки к уголкам рта, искривив губы в большой, вызывающей
  отвращение усмешке. Мастертон стоял на коленях, поддерживая голову юноши,
  лежавшего на полу.
   Стив посмотрел на Луиса, глаза мрачные, расширенные и испуганные. Он
  пытался говорить, но слова не могли сорваться с его языка.
   Люди собрались у Студенческого Медицинского Центра за большими
  стеклянными дверьми, всматриваясь через них, прижимая руки к лицам, чтобы
  заглянуть внутрь. Воображение Луиса вызвало безумно подходящее воспоминание.
  Ребенком, не более шести лет, он сидел в гостиной с мамой (скоро она должна
  была отправиться на работу), смотрел телевизор. Показывали старое,
  "вчерашнее" шоу с Дэвидом Гарровэйем. Снаружи стояли люди, изумленно глядели
  на Дэвида, Фрэнка Блайра и доброго, старого Дж. Фреда Миггса. Луис оглянулся
  и увидел людей, стоящих у окон и смотревших телешоу по их телевизору. Ему
  нужно было что-то сделать со стеклянными дверьми лазарета...
   - Задерните занавески! - фыркнул он на практикантку, которая всхлипывала.