Луис мысленно прокручивал те несколько мгновений, что
  провел наедине с умирающим, словно монтируя фильм-спасение: склеивая,
  изменяя и разрезая. Точно, умирающий говорил что-то еще (если он на самом
  деле что-то говорил) и потрясенный Луис неправильно истолковал его слова.
  Скорее всего, Пасков только двигал губами, не издавая звуков, как в самом
  начале.
   Луис стал изучать себя, ту свою часть, что заставила администрацию дать
  эту работу именно ему, выбрав именно его из пятидесяти трех претендентов. Не
  прозвучало ни одного распоряжения, ничего не изменилось: комната была полна
  народу.
   - Стив, дай девушке успокоительное, - приказал Луис и, сказав это,
  почувствовал себя лучше. Казалось, что он в огромной ракете с перегрузками
  тащится прочь от крохотного метеорита. И этим метеоритом был иррациональный
  момент бытия, когда заговорил Пасков. Луиса взяли на работу, чтобы он нес
  ответственность: он должен был выполнять свои обязанности.
   - Джоан. Дайте полицейскому одеяло прикрыть труп.
   - Доктор, мы не можем. Инвентарь...
   - Дайте ему одеяло. Потом проверьте, что с той практиканткой.
   Он посмотрел на вторую девушку, которая все еще держала свой конец
  носилок. Она глазела на труп Паскова с гипнотической зачарованностью.
   - Эй! - позвал Луис, и глаза девушки метнулись от тела.
   - К-к-к...
   - Как зовут твою подругу?
   - К-кого?
   - Ту, которая блеванула, - намеренно грубо сказал Луис.
   - Джу-джу-джуди. Джуди Де Лессио.