ией, студенты с церебральным параличом и мускульной
  дистрофией; слепые студенты, двое немых и один перенесший полную амнезию, с
  которой Луис никогда раньше не сталкивался.
   Уже к вечеру, после того как ушел Стив, в кабинет заглянула миссис
  Чарлтон и положила на стол Луиса розовый листок. "Бангорский ковер привезут
  завтра в 9.30", - было написано на листке.
   - Ковер? - удивился Луис.
   - Его же надо заменить, - словно извиняясь, сказала сестра. - Пятно
  вывести не удастся.
   - Да, вы правы.
   Наконец, заглянув в аптечку, Луис взял туинал, который первый
  мединститутский квартирант Луиса называл Тунервиллом. "Попробуй
  Тунервиллских колес, Луис," - говорил он, поставив пластинку Криденса.
  Обычно Луис отказывался от путешествия в сказочную Тунервиллмандию, так что,
  может, вышло к лучшему, когда его сосед провалился в середине третьего
  семестра, и на Тунервиллских колесах укатил во Вьетнам, армейским санитаром.
  Луису иногда он рисовался в видениях; глаза Луиса стекленели, когда он
  слышал "Бегство через джунгли" Криденса.
   Но сейчас лекарство казалось необходимым. Если он должен просмотреть
  записку о ковре на том розовом листочке, ему необходим транквилизатор.
   Луис поплыл довольно сильно к тому времени, когда миссис Байллинс -
  ночная сестра, просунула голову в дверь его кабинета и сказала:
   - Ваша жена, доктор Крид. Она на "линии один". Луис посмотрел на часы и
  увидел, что уже почти пять тридцать.