м.
   - Хотя бы немного.
   Пророк улыбнулся.
   - Не стоит так волноваться, - обратился он к ученику, задавшему вопрос. - В чем причина твоей робости?
   Юноша залился краской до корней волос.
   - Я боялся... что вопрос о вашей семье будет вам неприятен. Боялся, что вы рассердитесь.
   - Ну, я слишком стар, чтобы сердиться, - мягко возразил Зелим. - Гнев - это пустая трата сил, а у меня их осталось не так много. А во-вторых, мой отец сидит здесь перед вами, точно так же, как я вижу ваших отцов перед собой. - Он окинул взглядом три десятка учеников, сидевших перед ним со скрещенными ногами. - Так что у нас здесь сегодня собралось большое общество. - Зелим снова взглянул на юношу, задавшего вопрос. - Вот чем занимается твой отец!
   - Он торгует шерстью.
   - Сейчас он где-то в городе, занят своими делами. Но душа его не находит удовлетворения в торговле шерстью. Он испытывает потребность в большем. Именно поэтому он послал тебя сюда, изучать философию.
   - О нет... вы не понимаете... он вовсе не посылал меня.
   - Ему может казаться, что он не посылал тебя. И тебе может так казаться. Но ты - сын своего отца, и, что бы ты ни делал, ты будешь делать это ради него.
   Юноша нахмурился, задумавшись о рассуждениях учителя.
   - Ты подобен пальцам на его руке, - продолжал Зелим. - Когда он считает тюки с шерстью, покрытые пылью и грязью, случается, что пальцы его снимают с них семена и бросают на землю. Однако он не замечает этого. А потом он с удивлением видит, что рядом с ним выросло дерево, покрытое сладчайшими плодами. Дерево, на ветвях которого распевают птицы. Но это дерево он посадил своими руками.
   Юноша потупился.
   - Учитель, я не понимаю, о чем вы говорите, - пробормотал он.
   - Я говорю о том, что мы не принадлежим себе. И хотя нам не дано знать, с какой целью мы были посланы в этот мир, всегда следует помнить о тех, кто нам предшествовал. Быть может,