- То есть ты окончательно и бесповоротно решилась на разрыв с Митчеллом?
   - Да.
   - Можешь не сомневаться, получить у него развод будет не так-то просто.
   - Может быть. Но думаю, он не захочет, чтобы наши имена трепали все газеты и журналы. И я, со своей стороны, сделаю все возможное, чтобы этого избежать. Я хочу лишь уехать подальше от этих Гири и зажить своей жизнью.
   - А что, если тебе предложат другой выход?
   - Не понимаю, о чем ты?
   - Тебе позволят предаваться страстям, но при этом ты останешься Гири, чтобы избежать бракоразводного процесса. Чтобы не дать суду повода копаться в твоем грязном белье.
   - Разве такое возможно?
   - Возможно, если ты пообещаешь не разъезжаться с Митчеллом и сохранять видимость полной благопристойности. Он ведь намерен получить место в Конгрессе, а значит, его семейная жизнь должна быть чиста и безупречна. Ты поможешь ему в этой игре, и в благодарность он наверняка не будет слишком строг, если с тобой случится какое-нибудь приятное приключение.
   - Послушать тебя, все так просто...
   - А что тут сложного? Разве что Митчелл будет ревновать. Ну, тогда объяснишь ему, что ревность - это варварство. Ты женщина умная и сумеешь его убедить.
   - Весь вопрос в том, где я найду это, как ты выражаешься, приятное приключение?
   - Об этом мы еще поговорим, - улыбнулась Марджи. - А сейчас, детка, определись, чего ты все-таки хочешь. Но позволь мне кое о чем тебе напомнить. Я пыталась уйти от мужа. Несколько раз. И, прости за пафос, на собственной шкуре узнала, как жесток наш мир.
  
  3
  
   Как это ни парадоксально, но последнее замечание Марджи окончательно убедило Рэйчел в том, что ей нужно оставить мужа. Ей ли бояться жестокого мира? Первые двадцать четыре года своей жизни она прекрасно обходилась без Гири. Обойдется без них и теперь.
   На следующий день, когда, около полудня, Марджи наконец проснулась и принялась готовить