Не хочешь, как хочешь. Но, повторяю, если ты не узнаешь того, что знаю я, твоя книга будет неполной.
   - Думаю, настала пора прервать нашу приятную беседу, - заметил я. - Иначе мы опять наговорим друг другу гадостей, а это вряд ли послужит к взаимной пользе.
   Галили нахмурился и замолчал.
   - Ты прав. Я слишком много себе позволил, - наконец произнес он.
   - Я тоже.
   - Я так увлекся, что уже не отдавал себе отчета в своих словах.
   - Я тоже.
   - Нет, нет, ты тут ни при чем. Это я виноват. За эти годы я совершенно отвык общаться с людьми. Слишком много времени провожу в одиночестве. И конечно, это сказывается на моем характере. Я не пытаюсь оправдаться, но... - Оборвав себя на полуслове, он сменил тему. - Слушай, может, мы с тобой договоримся встретиться еще раз?
   - С удовольствием.
   - Давай завтра, примерно в это же время. Ты успеешь поговорить с мамой?
   - Постараюсь. Но обещать не могу.
   - Спасибо, - едва слышно произнес Галили. - Ты знаешь, я много думал о ней. А в последнее время думаю о ней постоянно. О ней и о доме.
   - Неужели за все это время ты ни разу не заходил в дом?
   - Каким образом?
   - Ну, ты ведь мог проникнуть туда незаметно, так чтобы никто не узнал.
   - Она бы узнала, - возразил Галили.
   "Точно, узнала бы", - подумал я.
   - Так что я ни разу не был дома, - продолжал он. - Я не посмел.
   - Там мало что изменилось.
   - Это хорошо, - сказал он, и губы его вновь тронула неуверенная улыбка. - В этом мире происходит слишком много перемен. Везде, повсюду, где бы я ни побывал, все меняется. И эти перемены никогда не бывают к лучшему. Места, которые я некогда любил, теперь не узнать. А ведь то были самые потаенные уголки мира. Совсем недавно туда еще не ступала нога человека. А теперь там стоят дурацкие розовые отели и снуют толпы туристов. Несколько раз я пытался их вспугнуть, да все без толку.
   Словно мелкая