- Ничего я не боюсь...
   - Войди в воду, - больше не обращая на нее внимания, продолжал он.
   Рэйчел поняла, что он продолжает свою историю, и затихла.
  
  ***
  
   - Что это? - спросила Джеруша, указывая на чресла незнакомца.
   - У тебя нет братьев?
   - Они ушли на войну, - пояснила Джеруша. - Мы ждем их домой, но всякий раз, когда я спрашиваю отца, скоро ли они вернутся, он целует меня и просит быть терпеливой.
   - И что же ты об этом думаешь?
   - Я думаю, что они, должно быть, мертвы, - призналась Джеруша.
   Незнакомец рассмеялся.
   - Я хотел спросить, что ты думаешь вот об этом, - и он указал на струю, бьющую из его тела. - Как это тебе нравится?
   Джеруша пожала плечами. Струя не произвела на нее сильного впечатления, но она не считала возможным в этом признаться.
  
  ***
  
   - Вежливая девушка, - улыбнулась Рэйчел.
   - А ты в подобных обстоятельствах не была бы вежлива? - осведомился Галили.
   - Пожалуй, была бы. Я тоже не люблю говорить мужчинам правду.
   - И в чем же она состоит, твоя правда?
   - В том, что сокровище того или иного мужчины не так привлекательно, как...
   - Как тебе хотелось бы?
   Рэйчел промолчала.
   - Ты имела в виду что-то другое, не так ли? - спросил он.
   Рэйчел опять не ответила.
   - Прошу тебя, - настаивал Галили. - Скажи то, что ты хотела сказать.
   - Сначала я хочу увидеть твое лицо.
   Воцарилась тишина, ни один из них не двигался и не произносил ни звука. Наконец Галили вздохнул, словно выражая свою покорность, и сделал шаг по направлению к кровати. Лунный блик упал ему на лицо, но свет этот был так слаб, что Рэйчел сумела составить лишь самое приблизительное представление о его внешности. Кожа Галили была шоколадно-коричневой, а щеки поросли щетиной, еще более темной, чем его кожа. Голова же была выбрита наголо. Глаз ночного гостя Рэйчел не удалось рассмотреть, лунный свет не проникал