в его глубокие глазницы. Рот, похоже, был красивым, скулы высоки и хорошо очерчены, Рэйчел показалось, что лоб его пересекает шрам, но она не была уверена.
   Что до его одежды, то она состояла из грязной белой футболки, слишком широких линялых джинсов и потрепанных сандалий. Как и предполагала Рэйчел, у него была великолепная фигура - широкая сильная грудь, мощные руки и ноги, мускулистый живот чуть выдавался под легкой тканью.
   Внезапно она поняла, что он так долго скрывался в тени вовсе не потому, что хотел ее подразнить, просто он не любил, когда его разглядывали. И теперь, ощущая на себе оценивающий взгляд Рэйчел, он смущенно потупился, переминаясь с ноги на ногу и с явным нетерпением ожидая, когда Рэйчел закончит свой осмотр и он сможет вновь удалиться в тень. Ей даже показалось, что он сейчас спросит: "Мне можно идти?" Но вместо этого он сказал:
   - Прошу тебя, закончи свою мысль.
   Она уже успела забыть, о чем шла речь. Облик ночного гостя, странное и привлекательное сочетание врожденной властности и желания оставаться в тени, телесной красоты и небрежности в одежде - все это произвело на Рэйчел необыкновенное впечатление, вытеснившее из ее головы все прежние мысли.
   - Ты говорила о том, что сокровище того или иного мужчины не так привлекательно, как... - напомнил Галили.
   Наконец она вспомнила.
   - ...Как то, что находится там у нас, - закончила она.
   - О, с этим я целиком и полностью согласен, - откликнулся Галили. И добавил так тихо, что она догадалась о сказанном лишь по движению его губ: - Нет ничего прекраснее этого.
   Произнося эти слова, он чуть приподнял голову, и лунный луч выхватил из темноты его глаза. Большие, глубоко посаженные, они были полны чувства - сила, исходившая из этих глаз, казалось, была осязаема, и Рэйчел, словно зачарованная, в течение нескольких секунд не могла отвести от них взгляда.
   - Мне продолжать историю? - наконец спросил